Три женщины, выражающие свое возмущение с крыши – за этот снимок из Ирана – итальянский фотограф Пьетро Мастурцо (Pietro Masturzo) получил самую престижную награду World Press Photo. В интервью немецкому изданию Spiegel-Online фотограф рассказал о рисках, присущих профессии, и отверг упрек в том, что он сделал снимок из Ирана как типичный западный фотограф.

- После выборов в июне 2009 года в Иране на улицах Тегерана почти ежедневно происходили столкновения. Почему вместо них Вы сфотографировали то, что происходило на крышах?

- Мне не оставалось делать ничего другого. За три дня до выборов я вместе с коллегами из Италии был задержан. Когда меня отпустили, я понял, что это смертельно опасно сообщать о происходящих на улицах города событиях.

- Почему?

- Я въехал в Иран туристом. Эта страна давно меня восхищала. Когда я приехал туда за неделю до выборов, я должен был понимать, как это может быть опасно, фотографировать на улицах без журналистской визы. Но как фотограф я об этом, конечно, забывал.

- Как Вас арестовали?

- Вечером перед выборами я шел вместе с коллегами по улице. Мы фотографировали сторонников Муссави у плаката имама Рухоллы Хомейни. Вдруг к нам на мотороллерах подъехали молодые люди из числа добровольцев, симпатизирующих государству. Они нас спросили, почему мы здесь фотографируем и сдали нас в полицию. Там наше оборудование проверили, а карты памяти конфисковали. В участке меня спрашивали, кто я такой , почему занимаюсь пропагандой против исламской республики. Я пытался их убедить, что я всего лишь турист и что на следующий день уезжаю в Персеполис.

- Вас задержали на трое суток. Вам пришлось провести это время в камере?

- В тот момент я и мои коллеги еще жили в отеле. В него нас доставляли в час ночи, а в семь утра нас забирали, чтобы ответить на разные вопросы полицейских. Через три дня нас отпустили без предъявления какого-либо обвинения.

- Как после этого Вы оказались на крышах домов Тегерана?

- За три дня перед выборами я познакомился на улицах со многими людьми из разных слоев и кварталов города. Некоторые меня приглашали переночевать к себе, хотя в Иране это не совсем обычно. После освобождения я ночевал каждую ночь в новом месте. В первый день после выборов я услышал возглас «Аллах-Акбар», с помощью которого люди протестовали против фальсификации выборов и против действий государственных сил безопасности.

- Вам стало ясно, что призывы к богу станут вашим следующим сюжетом?

- Да, я в этом был уверен. В семье, в которой я жил, полночи говорили о символическом значении этого призыва. Они рассказывали мне об исламской революции 30-летней давности и о том, как призыв «Аллах-Акбар» стал призывом к гражданскому неповиновению тому режиму. Я решил снять серию снимков об этом.

- Люди знали, что Вы их фотографировали?

- Часто не знали. Те, кто разрешал себя снимать, просили сделать так, чтобы их нельзя было узнать на фотографиях.

- Как и когда Вы сделали снимок, за который получили награду?

- В один из первых дней после выборов, когда степень противостояния на улицах стала почти невыносимой. Я был в гостях у одной семьи, которая живет в консервативном рабочем квартале на юге Тегерана. Как обычно вечером я вышел на крышу, чтобы найти сюжет и увидел трех женщин в традиционной одежде на крыше напротив: они обращались к богу, протестуя против того, как развивались события. Я нашел место, чтобы установить устойчиво камеру и сделать съемку с длительной экспозицией.

- Вы могли поговорить с этими женщинами?

- Нет. Я с ними не был знаком. Я бы никогда не вернулся на крышу, с которой я их фотографировал.

- В самом Иране решение наградить Вас премией вызвало волну критики. Почему?

- Многие сайты высказывались критически по поводу того, что мне дали премию за снимок, сделанный с крыши, а некоторые люди рисковали жизнью, чтобы снять волнения на улицах. Молодые иранцы, снимавшие на улицах, посчитали это несправедливым. Один молодой фотограф даже прислал мне письмо по электронке, в котором написал, что я получил премию только потому, что я западный фотограф.

- Вас расстраивают эти упреки?

- Можно дискутировать о фотографии на тему, что она не изображает никаких ограничений. Иранские коллеги всегда рисковали больше, чем я, потому что на кону была их жизнь. Но чтобы рассказать такую историю, как у меня, необходимо тоже иметь голову на плечах. Я не считаю, что надо непременно рисковать жизнью, чтобы раскрыть тему. Просто мне пришла в голову мысль: во время демонстраций в Тегеране я видел много людей с фотокамерами. Но когда позже я рассматривал их снимки в интернете или по ТВ, там не было ни одного снимка с крыш. Кроме того, меня многие поддержали. Люди благодарили меня за то, что я показал другой Иран.

- Ваша жизнь изменится после того, как Вы получили самую престижную награду?

- До сих пор мне как фрилансеру было тяжело прожить на доходы от фотографии. Теперь, я надеюсь, станет проще.

 Еще по теме: 

"World Press Photo" превратилось в конкурс политических событий"